Интервью начальника отдела по надзору за исполнением законодательства о противодействии коррупции прокуратуры области Александра Берсенева изданию "Тюменские известия"

Интервью начальника отдела по надзору за исполнением законодательства о противодействии коррупции прокуратуры области Александра Берсенева изданию "Тюменские известия"

Александр Берсенёв: «Коррупцию пока ещё никто не победил. Но стремиться к этому нужно»

Вероника Наумова

9 декабря в России отмечали День борьбы с коррупцией. Привычно сформулировав фразу, сами себе зададим риторический вопрос: кто отмечал? И что отмечали? Праздником этот день не назовёшь — повод не тот. И не было по этому поводу ни официальных, как обычно, приветствий в СМИ, ни пожеланий, ни приятных слов об успехах и достижениях.

Из чего можно заключить: борьба с коррупцией — дело не слишком громкое, не слишком публичное. Впрочем, это ни в коей мере не отменяет интереса рядовых граждан к самому понятию коррупции и всем её проявлениям.

Интерес этот носит характер скорее эмоциональный, нежели исследовательский, предметный. Мы привыкли прозревать «коррупцию» всегда и во всём, не вдаваясь в юридические подробности. Строго говоря, в России, говоря о коррупции, до сих пор пользуются убийственно короткой характеристикой ситуации, принадлежащей классику: «Воруют!» На самом деле коррупционный механизм куда сложнее, тоньше и опаснее банального воровства. И уж коли сам Президент России назвал коррупцию проблемой номер один, тормозящей развитие страны, то, стало быть, есть повод поговорить на эту тему подробнее.

О лазейках в законе

Закон «О противодействии коррупции в Тюменской области», принятый Тюменской областной Думой 12 февраля 2009 года, трактует понятие коррупции настолько подробно, что ограничимся лишь одним абзацем: «Коррупция: злоупотребление служебным положением, дача взятки, получение взятки, злоупотребление полномочиями, коммерческий подкуп либо иное незаконное использование физическим лицом своего должностного положения вопреки законным интересам общества и государства в целях получения выгоды в виде денег, ценностей, иного имущества или услуг имущественного характера».

Заодно узнаем, как наши законодатели трактуют понятие «противодействия коррупции»: это «деятельность федеральных органов государственной власти, органов власти Тюменской области, органов местного самоуправления, институтов гражданского общества, организаций и физических лиц… по предупреждению коррупции, в том числе по выявлению и последующему устранению причин коррупции (профилактика коррупции)».

Участие в разработке област¬ного антикоррупционного закона и последующих в него изменений принимал Александр Берсенёв — начальник отдела по надзору за исполнением законодательства о противодействии коррупции прокуратуры Тюменской области. Он и стал нашим собеседником.

— До принятия федерального закона о противодействии коррупции точной формулировки данного явления, можно сказать, еще не было. Даже простая, неумышленная халатность подпадала под разряд коррупционных преступлений. Неудивительно, что и сегодня, рассматривая обращения граждан, мы видим: достаточно часто любое нарушение закона — если только оно совершено чиновником — уже расценивается заявителем как коррупция. Но это совершенно не так.

— Чем занимается ваш отдел?

— Практически всем, что связано с понятием коррупции. Это надзор за соблюдением антикоррупционного законодательства во всех подразделениях федеральных и областных органов власти. Это проведение антикоррупционной экспертизы всех нормативных актов, издаваемых Тюменской областной Думой, губернатором и правительством области.

— Можно в законе обнаружить лазейку для тех, кто хочет обойти закон?

— Можно. Эта «лазейка» может быть создана абсолютно неумышленно, а вот пользоваться ею будут с совершенно конкретными целями. Ну, вот пример… Чиновник, которому поступает заявление о предоставлении

госуслуг, допустим, для получения разрешения на строительство… Он должен принять от заявителя пакет соответствующих документов и в установленный срок принять решение. Но в нормативном правовом акте этот срок может быть не прописан. Или может быть дополнение: чиновник вправе потребовать «иные документы», а какие — это уже на его усмотрение. Как может поступить в этой ситуации недобросовестный чиновник? Он может у «своего» человека документы принять, а неугодного бесконечно гонять по кругу, заставляя приносить всё новые и новые бумаги. Чем не поле для коррупционной составляющей?

Именно с целью предотвращения подобной ситуации мы проверяем все областные департаменты и комитеты, все «регламенты», по которым они работают.

— Есть примеры?

— В этом году по восьми административным регламентам органов исполнительной власти области нами были внесены требования об исключении из них коррупциогенных факторов. Сразу скажу: наши требования были выполнены. Все они касались предоставления гражданам и организациям тех или иных государственных услуг. Всего же в области прокурорами выявлено более 200 нормативных правовых актов, содержавших коррупциогенные факторы. Подчеркну: на уровне области работать с нормативными правовыми актами проще, поскольку до их принятия сами органы власти скрупулёзно работают с этими документами. Сложнее работать с нормативными правовыми актами на уровне муниципалитетов.

— Почему?

— Недостаточная юридическая подготовка специалистов в ряде сельских муниципалитетов. К примеру, в этом году я был в Упоровском, Сладковском районах, осенью прошлого года ездил с проверкой в Казанский район. Приезжая, проверяем не только работу прокуратуры и органов внутренних дел, но и обязательно действующие муниципальные нормативные акты. Свежим взглядом и с учётом имеющегося опыта и практики по всей области — а мы положение в районах иногда знаем, возможно, лучше, чем сама районная прокуратура, — любая коррупциогенная составляющая в нормативных документах видна сразу.

О рыбке мелкой и крупной

— Александр Владимирович, какие тенденции показывает статистика антикоррупционных дел?

— Статистика, разумеется, есть. Но говорить о количестве коррупционных преступлений, думаю, будет неправильно. Практика учёта таких преступлений и квалификации действий виновных лиц в последние годы изменилась. Чтобы было понятно… Если раньше в действиях преподавателя, получившего через старосту взятки от двух-трех десятков студентов, усматривали столько же преступлений по количеству студентов, то в настоящее же время такому преподавателю вменяется в вину одно преступление…

— По-прежнему ловим «мелкую рыбку»?

— Это лишь пример. Дойдём и до более крупной. К слову, в 2015 году у нас установлено порядка 180 лиц, совершивших преступления коррупционной направленности. Из них преподавателей — всего семь человек. Цифры должны быть реальными. Поэтому будет более правильно говорить о количестве выявленных «коррупционеров», а этот показатель в текущем году больше, чем в прошлом. А что касается уголовной ответственности преподавателей, тут я бы напомнил: любой размер взятки — это преступление, какими бы мотивами и размерами мы ни пытались его оправдать. Не будем тут говорить еще и о качестве будущих «специалистов», которым за мамины-папины деньги «рисуют» зачёты и экзамены…

Что касается статистики именно выявленных коррупционных преступлений… Сегодня в области зарегистрировано чуть более 300 преступлений, из них фактов взяточничества — 126. Чуть ли не половина…

— Но, Александр Владимирович, позволю себе еще напомнить, как к такой статистике относятся простые люди, назовём их обывателями. Они рассуждают так: ловят мелких взяточников, крупные уходят от ответственности…

— Деятельность бывшего директора ДК «Нефтяник», она находится под стражей, нанесла бюджету ущерб в размере около 40 миллионов рублей: махинация с приобретением оборудования, собственная фирма, учреждённая за рубежом, уголовное дело сейчас рассматривается в суде. Это мелкий ущерб? Только за этот год за коррупционные преступления к ответственности привлечены пять глав администраций муниципальных образований.

Например, Переваловское муниципальное образование: махинации с землёй, сейчас завершается расследование уголовного дела. Это глава Горьковского МО: махинации с закупками и хищение бюджетных средств. Глава Новотарманского МО, уже осужденный: незаконное предпринимательство, статья 289 УК. Фактически руководил своей фирмой и сам же как глава с этой фирмой заключал договоры за счет бюджетных средств. Понятно, что фирма работала с прибылью: глава во всем давал ей зелёную улицу. А вот еще пример, не столь масштабный, но демонстрирующий изобретательность: Упоровский район. Лицам, совершившим преступления и отбывающим исправительные работы в администрации сельского поселения, местная чиновница ставила галочки. Но работали они — на её личном подворье, помогали в строительстве, выполняли иную работу. Разумеется, совершенно бесплатно для неё.

О точке зрения обывателя

— Александр Владимирович, приведённые вами факты впечатляют. Но все же с точки зрения того самого обывателя (а общество из них и состоит) уместно задать вопрос. Муниципальные чиновники — соглашусь, не такая уж «мелкая рыбёшка», за свои преступления ответят. А вот главный фигурант крупнейшего коррупционного скандала, экс-министр обороны господин Сердюков, едва избежав наказания за дела «Оборонсервиса», сегодня назначен индустриальным директором Ростеха по авиационной промышленности. Пример, так сказать, «преступления и наказания»…

— Не в моей компетенции комментировать уголовные дела, которые расследовались не на нашей территории. Скажу лишь одно: безнаказанности быть не должно. И мы в нашей работе стараемся этого принципа придерживаться. Вот мы говорили о наших фигурантах — главах администраций муниципальных образований. Для того, чтобы осудить такого чиновника, должна поработать огромная группа людей: оперативники, следователи, прокуратура… Всё должно, как говорится, сойтись воедино. Надо еще доказать вину! Вообще огромная заслуга в выявлении подобных преступлений принадлежит оперативным подразделениям правоохранительных органов: МВД, ФСБ, с которыми мы работаем в тесном контакте. Это их оперативные разработки, работа агентов, проведение оперативно-разыскных мероприятий, вплоть до прослушивания телефонов. Бывает, что преступления мы выявляем в ходе совместных проверок. Тесно работаем мы со Счётной палатой, Росфиннадзором, антимонопольной службой.

Такая работа бывает очень эффективной. В ходе одной из таких проверок к ответственности был привлечен заместитель главного врача государственного учреждения «Консультативно-диагностический центр». Она зарегистрировала фирму — причем прямо по адресу своего проживания — и устраивала махинации с закупками реагентов для центра. С этой фирмой заключались договоры на поставку препаратов, перечислялись за это деньги, однако фактически ничего в учреждение не поставлялось. Будучи поймана, вину признала, деньги, три с лишним миллиона, которые она похитила, в полном объёме возместила…

— И часто «фигуранты» возвращают деньги?

— Увы, не часто. У нас процент возврата похищенных бюджетных средств и возмещения иного ущерба от коррупции в добровольном порядке не превышает десяти процентов. В целом по России примерно схожая ситуация.

— Специалисты «советского периода» утверждают, что на преступные помыслы отдельных граждан позитивно влияла статья УК о конфискации имущества… Они сожалеют об её отмене…

— Да, она отменена. Но сегодня положение о конфискации имущества существует как дополнительное наказание за ряд преступлений, в том числе коррупционной направленности. Таких как получение взяток, злоупотребление служебным положением. В этом случае размер конфискации в доход государства равен размеру незаконно полученного дохода. Эквивалент. Пример. В прошлом году заместитель директора департамента лесного комплекса был осужден за получение взяток. Взятки он брал и деньгами, и джипом, который успел реализовать. В итоге у него взамен полученных взяток были арестованы другие два дорогостоящих внедорожника, которые приговором суда конфискованы и сейчас Росимущество осуществляет их реализацию.

У прокуратуры на этот случай имеется еще один механизм. Мы обращаемся в суд с иском — о взыскании с осужденного человека суммы, эквивалентной, допустим, сумме полученной взятки.

— Надо полагать, решение суда по иску прокурора области исполняется с завидной скоростью…

— Так или иначе, делается это в пользу государства.

— Вы говорили о сигналах, поступающих в ваше ведомство от граждан. А может быть такое, что просто один предприниматель решил «утопить» другого, своего конкурента?

— Разумеется, нечистоплотные люди встречаются везде. Получив сигнал, мы обязательно проведём проверку, и если сигнал этот был послан «из ничего», то ничего, кроме обстоятельной проверки, человек не получит. Репутация его не просто не пострадает, но и упрочится. Но если под сигналом есть основание — мы его найдем.

— Анонимные сигналы тоже рассматриваете?

— Да, определенные проверочные мероприятия по ним проводятся, и они в некоторых случаях бывают более продуктивными: зачастую информация идёт от людей, осведомлённых в различных ходах и схемах, но не желающих быть узнанными. Поэтому если мы и не сами идем на проверку, то отдаем сигнал в оперативные подразделения, которые, к примеру, занимаются фактами поборов с предпринимателей. В службы МВД, ФСБ, службы собственной безопасности, которые занимаются профилактикой коррупции в своих рядах и за которыми мы, в принципе, сами же и надзираем…

— Приличный получается объём работ. И сколько же человек в вашем отделе?

— Вместе со мной — пять человек. Однако стоит отметить, что противодействием коррупции занимается не только наш отдел, но и другие сотрудники органов прокуратуры — каждый по своему направлению надзора.

О пользе просвещения

— Александр Владимирович, в «Национальном плане противодействия коррупции на 2014-2015 годы», утверждённом указом Президента РФ, прочла такой пункт: «Активизация антикоррупционного просвещения граждан»…

— Это абсолютно конкретная и крайне важная работа, которая состоит из самых разных направлений, на первый взгляд, не столь глобальных. Ну вот, к примеру, я бываю в вузах, разговариваю со студентами. Говорю: предположим, вы принесли своему преподавателю деньги в конверте, то есть взятку… Вы думаете, что ничего страшного в этом нет, что все так делают. Но учтите: если вы попадетесь, то понесете уголовную ответственность. И впоследствии, к примеру, никогда не сможете работать в органах государственной власти, правоохранительных органах…

Или — ситуация с ГИБДД, сотрудников которой всех поголовно люди считают взяточниками. Я лично просматривал материалы, полученные с видеорегистраторов, установленных в машинах ГИБДД. Результат таков: значительное число водителей, допустивших нарушения ПДД, подходят к сотруднику ГИБДД с уже приготовленными, вложенными в документы купюрами. И если сотрудник отказывается принять деньги, многие начинают настаивать на этом! Такова психология людей, ломать которую кому-то боязно, а кому-то хлопотно. А ломать надо.

Никогда не брать и никогда не предлагать взятку! Вот главный принцип, восприняв который, можно снизить уровень коррупции. Мы даём на световых экранах телефоны горячей линии, по которой можно сообщить о факте вымогательства взятки. Но по существу звонят редко. Зато, бывает, звонит человек и требует немедленно искоренить коррупцию в их ТСЖ, а на деле эта «коррупция» заключается исключительно в завышенной, по его мнению, плате за коммунальные услуги…

О зарытых деньгах

— А что? Большие чиновники от ЖКХ сами говорят, что наши ТСЖ — самая благодатная почва для финансовых махинаций. Вот и в Национальном плане по борьбе с коррупцией рекомендуется: «осуществлять анализ коррупционных рисков в сфере жилищно-коммунального хозяйства, потребительского рынка, строительства…»

— Да, борьба с коррупцией в данных сферах — это наша прямая задача. У нас в области имеются уголовные дела против ряда чиновников, а также руководителей управляющих компаний, есть факты и по ТСЖ. Всего в 2015 году выявлено более 1500 нарушений в сфере ЖКХ, из них 130 — с коррупционной составляющей. В прошлом году — 86. Идёт по возрастающей… За прошлый год было возбуждено 19 уголовных дел в сфере ЖКХ, а за 10 месяцев этого года — уже 21 уголовное дело. В том числе по материалам прокурорских проверок…

Что касается ТСЖ — во многом злоупотребления происходят при попустительстве самих жильцов, членов товарищества, которые не только имеют право, но и обязаны контролировать действия руководства ТСЖ. Один из последних фактов: предприниматель хотел устроить магазин, используя подложные документы — якобы решение общего собрания жильцов. Указанные действия были пресечены сотрудниками прокуратуры по сообщению одного из неравнодушных граждан…

Повторю: ни одна жалоба, содержащая сведения о коррупции, не будет положена под сукно.

Знаете, какой фактор играет отрицательную роль в контроле за сферой ЖКХ? Время! Если, допустим, асфальт положили так, что он провалился и его нужно класть снова, коммуникации проложили и через непродолжительное время уже ремонтируем или меняем — выявить и доказать факт невыполнения ряда работ либо их некачественного проведения очень трудно. Определенное время уже прошло, и без экспертизы реального объёма выполненных работ просто не установить. Вообще ЖКХ — это та сфера, в которой контроль и надзор должны быть особенно жёсткими: большой объём бюджетных денег вкладывается в неё.

Я упоминал о главе Горьковского МО: там такая ситуация была. Из бюджета выделялись деньги на снос аварийных домов, которые фактически уже были снесены. Поэтому глава МО со своим знакомым просто эти бюджетные средства поделили между собой. И это не единственный пример. На подобном в своё время погорело руководство управы Ленинского административного округа Тюмени, которое, кроме того, еще получало взятки от подрядчиков, выполняющих работы по благоустройству территорий. Размер взяток, которые подрядчики давали руководству управы, достигал нескольких миллионов рублей. К слову, впоследствии в отношении этих подрядных организаций прокуратурой области были возбуждены дела об административных правонарушениях и они были оштрафованы за это, каждая на 20 миллионов рублей.

О мировом опыте

— В мире, как известно, нет ни одной страны, которая полностью искоренила бы коррупцию…

— Действительно, коррупцию еще пока полностью никто не победил. Другое дело — насколько успешно с ней борются. К слову, Россия в этом плане не изолирована от мира. С февраля 2007 года мы входим в организацию, которая называется «Группа государств против коррупции», она объединяет 48 европейских государств и США. Мы информируем экспертов данной организации о проводимых мероприятиях, они, как и всем, выставляют оценки нашей работы по противодействию коррупции. И эксперты признают: Россия не стоит на месте — определенные положительные тенденции у нас имеются.

— В Китае сегодня действует самая крутая «воспитательная» мера против заворовавшихся чиновников — расстрел. В том числе и за взятки.

— Не сомневаюсь, что для многих это служит убедительным примером в пользу честного образа жизни. Но и в нашей стране существуют меры, применяя которые, можно заставить соблюдать закон.

— Случается, что проштрафившиеся чиновники защищаются?

— Несомненно. К примеру, наш отдел почти два с половиной года надзирал за расследованием уголовного дела против бывшего главы Тюменского района Линника. Кстати, там многие нарушения были связаны именно с ЖКХ. Так вот, в течение буквально трех месяцев перед окончанием расследования и направлением дела в суд мы получили около 45 жалоб от обвиняемых и их адвокатов. По каждой из них надо было провести тщательную проверку, разобраться со всеми доводами, принять решение по жалобе и уведомить заявителя… Были обжалованы результаты почти всех проведенных по делу экспертиз, затем были жалобы уже на нас в вышестоящую прокуратуру… Представьте себе объём работы!

— Что вам больше помогает в работе: многолетний практический опыт или интуиция?

— Всё в комплексе. А еще убежденность в том, что наша работа не является напрасной. И приносит свои положительные результаты в таком важном деле, как противодействие коррупции.

Досье «ТИ»

Берсенёв Александр Владимирович. В 2001 году окончил Тюменский государственный университет — институт государства и права с красным дипломом. После окончания сразу уехал работать на малую родину — в Армизонский район. Начинал с помощника районного прокурора, затем работал заместителем прокурора, временно выполнял обязанности прокурора района. Осуществлял надзор за расследованием уголовных дел и оперативно-разыскной деятельностью, исполнением федерального законодательства. В районе проработал 7 лет. В 2008 году был приглашен в отдел по надзору за исполнением законодательства о противодействии коррупции областной прокуратуры, с 2013 года назначен начальником данного отдела. Все назначения в отделе проходят через Генеральную прокуратуру РФ.

Тюменские известия от 16 декабря 2015 года №214

Распечатать (Ctrl + P)

Архив